Карта сайта



  •  
  •  
  •  
  •  

А. Демкин
БАРСУК И СМЕРТЬ

© 2011, Андрей Демкин,СПб.
Перепечатка или иное полное или частичное воспроизведение материала разрешается только при наличии письменного разрешения автора.

Отношения Барсуков со смертью

В один из вечеров Барсук не пришел. Дважды всходило и один раз зашло солнце, прежде чем он появился вновь на моем крыльце. В этот раз шерстка его была более тусклая, и глаза его глядели немного грустно. Он устало переставлял свои короткие лапки, поднимаясь по деревянным ступеням, и тяжело вздохнул, присев у моих ног. Мы молча смотрели на скрывающийся за лесом малиновый диск светила, и на растворяющиеся в сумраке тени от деревьев. Когда тень ночи скрыла ветвистый вяз на ближнем холме, я запалил керосиновую лампу. Барсук еще раз тяжело вздохнул, и сказал мне:

-Второго дня я потерял друга. Это был старый и мудрый барсук, но его время пришло и мы проводили его в Небесную обитель.

-Наверно, тяжело будет тебе теперь, когда ты знаешь, что никогда больше не встретишь своего друга, – сказал я.

Барсук повернулся ко мне, с удивлением приподнял серую бровь, немного грустно вздохнул и спросил:

-А разве люди не встречаются друг с другом, после того как умирают?

Я удивился:

 - Ты имеешь в виду, не являются ли к нам умершие? Я слышал о приведениях, о явлениях призраков, о появлении умерших во снах, но сам никогда не видел их.

-Нет, я не это имею в виду, – ответил Барсук. - Ты говоришь о душах людей, которые только что умерли, и находятся на пути в Небесную обитель или о тех, кому Создатель закрыл туда ворота. Но я говорю о твоих друзьях, которые вновь рождаются на Земле.

-Как это вновь рождаются? – не понял я Барсука. – Человек умирает, и его душа отправляется на небеса, через воздушные мытарства, где бесы и ангелы взвешивают его добрые и злые дела, и решают где душе человека предстоит ждать окончательного страшного суда, когда придет Судия и отправит достойных в Рай, а недостойных – в Ад.

-Я не силен рассуждать о мире людей, потому что не могу знать, что и как происходит – я всего лишь лесной зверь барсук. – Сказал Барсук -  Но, про мир барсуков я могу тебе кое-что рассказать.

-Расскажи, - попросил я его, - мне будет чрезвычайно интересно узнать, как устроен загробный мир у вас и сравнить его с нашим.

Барсук вновь удивленно взглянул на меня:

- Во-первых, у барсуков нет гробов, и наш другой мир не называется загробным. А во-вторых, как ты можешь знать как устроен ваш человеческий иной мир, если никогда там не был?

Я смутился. Действительно – как?

- Ну, я слышал рассказы от других людей, которые учат всех, как устроен наш загробный мир.

- А откуда эти люди знают как устроен загробный мир людей, если они же сами учат вас, что оттуда никто не возвращается, а сидит и ждет Судию?

“Действительно странно” – подумал я, но ответил Барсуку по-другому:

- Эти люди учат нас, что некоторым из них, Великий Судия, явил загробный мир и показал, как страдают грешники, которые делали плохие дела и радуются праведники, которые делали при жизни хорошие дела.

- Странно, ведь только что, ты сказал, что в загробном мире еще никого не судят – все только ожидают Суда – и совершившие плохие поступки и совершившие хорошие. Кроме того, - Барсук выразительно посмотрел на меня, - как я понимаю ждать этого вашего Суда должны не целые души людей, а их половинки, четвертинки, или восьмые части, не так ли?

- Почему же? – удивился я.

- Не знаю, как у вас, у людей, но у нас – барсуков, никто не в силе вычленить из одного целого барсука его плохую или хорошую сторону. Каждый барсучок шкодит и хулиганит, когда бывает маленьким и каждый барсук совершает ошибки, когда бывает взрослым. Мы – барсуки – точно не могли бы разделить барсучье племя на плохих и хороших. И я даже не знаю, что бы было с нами – барсуками, если бы после смерти с нами происходило то же, что и с вами  - людьми. Кроме того, представь сколько бы сколько бы барсучьих душ скопилось бы в одном месте – в ожидании Суда? Им было бы там тесно… И потом, представь, как тяжело бы было Создателю, каждый раз создавать для нового барсука новую душу, вкладывая в не все особенности, характер, знания и умения заново! Это огромная работа.

Я немного смутился:

- Расскажи, как все происходит у вас – у барсуков.  Пожалуйста…

- Что же, я могу это сделать… - промолвил Барсук, - Ведь в отличие от вас – людей, мы – барсуки все помним, что происходит с нами после того, как наша шкурка окончательно вынашивается, зубы стачиваются, а мышцы слабеют настолько, что неплохо было бы обзавестись новым телом.

- Новым телом? – Не понял я. – Как это - новым телом?

- Я же говорю, что у нас барсуков – происходит немного по-другому, чем у вас – у людей. Видно Создатель решил, что он не может тратить на каких-то лесных пушистых зверей столько же сил, как на вас – на людей и поступил проще.

- Как проще? – продолжал удивляться я.

- Гораздо проще. Для нас – он не стал создавать новые души для каждого вновь рождающегося барсучка. Это было бы расточительством. Кроме того, в лесах Небесной обители просто бы не хватило для всех душ места – ведь умирает барсучков лишь немного меньше, чем рождается. И Создатель разрешил нам рождаться вновь. Лишь для тех, кто рождается первый раз – Создатель дает новую душу. Ведь количество барсуков все время увеличивается. Кроме того сколько сил экономится на обучении родившихся барсучков. Ведь им достаточно лишь вспомнить, то что они знали в предыдущей жизни – и эти навыки снова можно использовать!

- Здорово, - сказал я, - но как же у вас  - в барсуковых головах - не возникает каши из воспоминаний. Как быть если ты помнишь и свою прошлую, и позапрошлую, и поза-поза-прошлую жизнь? Все воспоминания бы спутались и ты бы не знал какой ты на самом деле.

Барсук улыбнулся:

- Все устроено достаточно просто и разумно. Маленькие барсучки еще помнят, кем они были в предыдущий раз. Они радуются, что вновь родились и видят то, что им было так дорого – и лес и болото, и яблоки. Но перед тем как они смогут говорить, все воспоминания уходят глубоко, как будто в туман над болотцем, и не мешают теперешней жизни. И каждый барсук точно знает какой именно он барсук. Но прошлые воспоминания могут проявляться по мере необходимости, ровно как и умения. Скажем, в той истории с яблоками – молодой барсучок просто вспомнил, как у него получалось собирать яблоки раньше, и в этой жизни у него тут же все получилось.

- Как ловко у вас все устроено – восхитился я. – Но как ты встретишься со своим другом – старым Барсуком?

- Здесь нет ничего сложного – ответил Барсук. – Друзья вновь и вновь рождаются рядом, и встречаются друг с другом, правда, иногда меняясь ролями – кто старший, а кто младший – в зависимости от того, чтобы им хотелось, и какие дела их отличали при жизни. В нашем барсуковом круговороте жизней нет ожидания наказания или вознаграждения за свои дела. Создатель просто ставит нас при следующем рождении в такое положение, чтобы мы могли осознать и исправить прошлые ошибки.

- А есть те, кто не может их исправить? – ехидно поинтересовался я.

- Конечно, есть. Мы – барсуки – вовсе не идеальные создания. Те кто не может исправить свои ошибки попадает все в боле и более сложные условия при каждой следующей жизни, пока Создатель наконец на создаст такую ситуацию, когда даже самый упрямый, самонадеянный, гордый или глупый барсук, вдруг прозревает и начинает понимать, в чем корень его бед и страданий.

- То есть, у вас нет барсучьего Рая или барсучьего Ада? – удивился я.

- Конечно, нет. Создатель устроил для нас все гораздо проще, чем для вас – людей. Мы проходим страдания вашего Ада или наслаждения Рая просто при следующем рождении. Причем, никто не может разделить Ад и Рай, и барсук может получать страдания и награждения одновременно в той или иной степени.

- Звучит все очень интересно и разумно, но как то все это очень непривычно и необычно.

- Я согласен с тобой, не все в лесу разделяют наши взгляды и не все могут рождаться заново. Те же трудяги-ежики до сих пор уверены, что чем больше они будут трудиться и страдать при жизни, тем большая награда ждет их в Небесной обители. Они говорят, что давным-давно к ним пришел еж-прорицатель из другого леса и рассказал им как следует жить.

- И что же они поверили ему?

- Конечно, поверили. Посмотри как они усердно трудятся, воруя яблоки из чужого сада, вместо того, чтобы растить свой собственный. Люди их ловят и убивают, всю жизнь они проводят в своей колючей шубе, но так ничего и не понимают. И, кстати, они до сих пор поклоняются тому Ежу-прорицателю, относя к его памятнику, который они выгрызли из сухой ветлы десятую часть своих яблок, где они просто сгнивают. Вот так вот. Не каждому звериному роду дано счастье понять суть свой жизни.

- Да уж – сказал я – как легко и хорошо у вас у барсуков. Мы люди бьемся  над осознанием смысла жизни, о философии смерти, а у вас – простых лесных барсуков, оказывается, все уже решено? Мы, люди, проводим две трети своей жизни в страхе смерти – треть после рождения и треть перед самой смертью. А вы барсуки – судя по всему, ее не боитесь. Да и действительно, чего ее бояться, если ты помнишь и знаешь, что родишься вновь.

- Да, это так, но единственное чего мы боимся – так это того, чтобы прожить свою жизнь хуже, чем в прошлый раз, совершая дурные поступки, или создавая меньше добра, чем в прошлый раз. Тогда мы рискуем разлучится со своими друзьями и испытать другие лишения. А друзья для настоящего барсука – это очень важно.

- Как это здорово! – Вздохнул я. – Ты точно знаешь, что увидишь своего друга вновь. Потому, тебе нечего печалиться. Вот бы и у нас людей – так…

Барсук печально закивал головой. Что же, его можно было понять -  даже небольшое расставание с друзьями еще никого не радовало.

Я прикрыл рукой свет от керосиновой лампы, и взглянул на небо. Там среди мерцающих звезд, мне показалось, что я увидел блестящие глазки и черные носики барсуков, которые стремятся родиться вновь, чтобы любить своих детенышей, дружить с друзьями, собирать яблоки и рассказывать, по мере возможностей, людям свои барсуковые истории.


  • Нравится